«Главная мысль заключается в том, чтобы показать, к чему приводит желание человека поиграть в Бога»

В московском театре имени М.А.Булгакова, расположенном в музее «Булгаковский дом», состоялась премьера спектакля «Собачье сердце», поставленного Изнауром Орцуевым и Сергеем Алдониным, в котором главные роли сыграли народный артист России Владимир Стеклов и главный режиссёр этого театра Сергей Эдуардович Алдонин. После премьеры Сергей Алдонин любезно согласился ответить на вопросы Федеральной службы новостей о творчестве Михаила Афанасьевича и новом спектакле.

«Собачье сердце» – один из самых часто воплощаемых на сцене текстов Булгакова, и зритель приходит на него уже со своим ожиданием и опытом. Вы обращаетесь к этому произведению не впервые. Что для Вас было главным в новой постановке? Какую мысль или интонацию хотелось открыть заново? И что оказалось самым непростым в работе над спектаклем?

-В 2022 году мы делали спектакль-читку в рамках фестиваля «Новое Прочтение. Классика на все времена» со студентами. Это был эксперимент театральной лаборатории, и кстати, главные роли исполняли также я, Владимир Стеклов и Изнаур Орцуев. Но тогда это были отдельные фрагменты, этюды. С тех пор идея постановки полноценного спектакля постоянно витала в воздухе, пока наконец, не была реализована.
Главная мысль заключается в том, чтобы показать, к чему приводит желание человека поиграть в Бога. Она поддерживается и аллюзиями на Босха, и визуальной составляющей самой операции по созданию «нового человека» — операция Шарикова в целом задумана как нечто мистическое, как акт творения. Самым непростым оказалось, пожалуй, найти сценические решения для воплощения сцены операции в том виде, в каком мы это представляли.

Булгаков удивительным образом остается современным. Возникало ли у Вас желание когда-нибудь радикально переосмыслить «Собачье сердце» – перенести действие в сегодняшний день или изменить обстоятельства истории? Или для Вас важнее сохранять авторское время и пространство?

-Классика хороша тем, что она актуальна во все времена. Она всегда современна. Ее не нужно насильно «переделывать» под сегодняшний день — ее нужно ставить так, чтобы люди в зале чувствовали, насколько она близка, насколько важные для нас вопросы она затрагивает. Впрочем, внимательный зритель наверняка заметит в спектакле сатиру на наших знаменитых современников. Все карты раскрывать не будем, догадайтесь сами!

Как Вы сами определяете жанр своего спектакля? И как искали баланс между юмором и серьезным разговором?

-Трагикомедия — мой любимый жанр. Мне всегда нравилось балансировать на грани, добавлять комическое в трагедию и наоборот, чтобы можно было и посмеяться и задуматься. Все мои спектакли построены на этом балансе.

На роль профессора Преображенского приглашен Владимир Стеклов – артист с огромным сценическим и кинематографическим опытом. Почему именно его Вы увидели в этом образе? И как строилась ваша совместная работа над ролью?

-Владимир Александрович — большой артист. В этом образе он предстал еще на спектакле-читке, который мы делали на фестивале. И надо сказать, очень органично вписался. Большого артиста отличает то, что ему не нужно говорить, что играть, он сам предлагает решения. Со Стекловым — именно тот случай, у него еще хорошее чувство юмора, поэтому работалось легко, и атмосфера на репетициях была отличная.

Образ профессора Преображенского для многих зрителей уже связан с известными экранными воплощениями. Насколько Вы сознательно стремились уйти от сложившихся ассоциаций и создать собственного Преображенского?

-Не могу сказать, что это был какой-то сознательный уход, или что в голове я держал, что надо делать не так, как было, например, у Бортко, или где-то ещё. Все получалось само собой. Именно этим отличается работа с Булгаковскими текстами — произведение как бы само направляет тебя, появляются какие-то задумки, находятся решения.

В чем на Ваш взгляд отличается игра двух великих актеров — Евгения Евстигнеева, воплотившего образ Преображенского в фильме Бортко, и сыгравшего в Вашем спектакле Владимира Стеклова?

-Театральный образ отличается от кинематографического по всем параметрам, и грим соответственно. В нашем случае актерской задачей было подчеркнуть интеллигентность профессора, некую внутреннюю непримиримость с невежеством, а также горечь от того, что нельзя вмешиваться в природу и творение, в независимости от мощи науки. Страшен даже не сам результат такого вмешательства, а его последствия — это как ящик Пандоры.

Опыт работы с Владимиром Александровичем получился очень заметным событием для театра. Планируете ли Вы продолжать сотрудничество и есть ли уже идеи будущих совместных проектов?

-Конечно, мы планируем сотрудничество. Буквально недавно обсуждали с Владимиром Александровичем возможность восстановления спектакля «Игра» по пьесе Энтони Шеффера, где он бы сыграл главного героя, писателя, а я — любовника его жены. Раньше Владимир Александрович играл этот спектакль с Маратом Башаровым, но постановка существовала недолго. Вообще, планов много — очень хочется ещё поработать с Булгаковым, например сделать «Записки на манжетах». У Окуждавы есть интересный материал, который нам нравится — «Похождения Шипова», который очень театрален и кинематографичен одновременно… В общем, не будем раскрывать всех задумок, их много. Как говорится, хочешь рассмешить Бога, расскажи о своих планах.

Есть ощущение, что сегодня зритель снова особенно внимательно слушает Булгакова. Как Вам кажется – почему именно сейчас его тексты так откликаются публике?

-Высокая литература всегда откликается публике, потому что, как я уже сказал, настоящая классика актуальна во все времена. Тексты Булгакова откликаются особенно, потому что он — литературный гений.

Если бы сам Михаил Булгаков оказался в зрительном зале, какой реакции на спектакль Вам хотелось бы больше всего?

-Я думаю, он итак всегда незримо присутствует в зрительном зале, пристально, внимательно и очень строго следит за нами. Иначе спектакля бы просто не получилось. А насколько он получился — судить только вам, нашим зрителям! Так что приходите к нам в театр, чтобы увидеть премьеру своими глазами.

От себя добавлю, что премьерный спектакль вызвал бурные овации у зрителей в зале. Будем ждать новых показов в театре.
Павел Журавлев,
специально для Федеральной службы новостей.
Фотография предоставлена пресс-службой театра «Булгаковский дом».